100 русских писателей, классиков.

Прости! Не помни дней паденья, Тоски, унынья, озлобленья,- Не помни бурь, не помни слез, Не помни ревности угроз! Но дни, когда любви светило Над нами

_Из сожженной тетради And thou art distant in humanity. Keats? Вместо праздничного поздравленья Этот ветер, жесткий и сухой, Принесет вам только запах

Прибежали в избу дети, В торопях зовут отца: «Тятя! тятя! наши сети Притащили мертвеца.» «Врите, врите, бесенята, — Заворчал на них отец: — Ох, уж эти мне робята!

Твёрдо будучи уверена, Что вы с удовольствием Курите сей сорт табака, Взяла я смелость послать К вам один фунт Оного, и надеюсь, что Вы не откажете мне

Вчера за чашей пуншевою С гусаром я сидел, И молча с мрачною душою На дальний путь глядел. «Скажи, что смотришь на дорогу? — Мой храбрый вопросил.

Удвоены влагой сквозною, Живя неземной белизною, Купавы на небо глядят. И дремлют прибрежные травы, И внемлют их вздохам купавы, Но с ними вздохнуть не хотят.

Туча растаяла. Влажным теплом Веет весенняя ночь над селом; Ветер приносит с полей аромат, Слабо алеет за степью закат. Тонкий туман над стемневшей рекой

Тончайший звук, откуда ты со мной? Ты создан птицей? Женщиной? Струной? Быть может, солнцем? Или тишиной? От сердца ли до сердца свеян луч?

Прабабушка бюрократизма Бульвар. Машина. Сунь пятак — что-то повертится, пошипит гадко. Минуты через две, приблизительно так, из машины вылазит трехкопеечная шоколадка.

Вбежал. Запыхался победы гонец: «Довольно. К веселью! К любви! Грустящих к чёрту! Уныньям конец!» Какой сногсшибательней вид? Цилиндр на затылок.