100 русских писателей, классиков.

Сел Иван-Царевич На коня лихого. Молвил нам Царевич Ласковое слово: «Грозный меч подъемлю, В бой пойду я рано, Заберу всю землю Вплоть до океана».

Графу В.П. Зубову Как долог праздник новогодний, Как бел в окошках снежный цвет. О Вас я думаю сегодня И нежно шлю я Вам привет. Пускай над книгою в подвале

Что на свете выше Светлых чердаков? Вижу трубы, крыши Дальних кабаков. Путь туда заказан, И на что — теперь? Вот — я с ней лишь связан… Вот — закрыта дверь…

Сколько б ни придумывал фамилий Мертвым из моих военных книг, Все равно их в жизни хоронили. Кто-то ищет каждого из них. Женщина из Тулы ищет брата, Без

Олег повесил щит на медные ворота Столицы цезарей ромейских, и с тех пор Олегова щита нам светит позолота, И манит нас к себе на дремлющий Босфор.

Проснулся я. Да, крышка гроба. — Руки С усильем простираю и зову На помощь. Да, я помню эти муки Предсмертные. — Да, это наяву! — И без усилий, словно

Я разрубил докучный узел, — И оборвалась наша связь. Я взмахом этим счастье сузил И ураганом поднял грязь. Не измеряй мой шаг позорный И не ищи любви звена!

Я наравне с другими Хочу тебе служить, От ревности сухими Губами ворожить. Не утоляет слово Мне пересохших уст, И без тебя мне снова Дремучий воздух пуст.

Если бровь резьбою Потный лоб украсила, Значит, и разбойник? Значит, за дверь засветло? Но в чайной, где черные вишни Глядят из глазниц и из мисок На веток

Кругом семенящейся ватой, Подхваченной ветром с аллей, Гуляет, как призрак разврата, Пушистый ватин тополей. А в комнате пахнет, как ночью Болотной фиалкой.