100 русских писателей, классиков.
- Анненский Иннокентий Федорович
- Ахматова Анна
- Бальмонт Константин Дмитриевич
- Блок Александр
- Бунин Иван Алексеевич
- Гоголь Николай Васильевич
- Горький Максим
- Гумилев Николай
- Державин Гавриил
- Достоевский Федор
- Ершов Петр
- Есенин Сергей
- Жуковский Василий Андреевич
- Заболоцкий Николай
- Илларионова Светлана
- Исаковский Михаил
- Карамзин Николай
- Катаев Валентин Петрович
- Кольцов Алексей Васильевич
- Лермонтов Михаил Юрьевич
- Майков Аполлон Николаевич
- Мандельштам Осип Эмильевич
- Маяковский Владимир
- Мережковский Дмитрий
- Некрасов Николай Алексеевич
- Никитин Иван Саввич
- Островский Александр
- Пантелеев Леонид
- Пастернак Борис Леонидович
- Попов Александр Александрович
- Пушкин Александр Сергеевич
- Северянин Игорь
- Симонов Константин Михайлович
- Сологуб Федор
- Тарковский Арсений
- Твардовский Александр
- Толстой Алексей Константинович
- Толстой Алексей Николаевич
- Толстой Лев Николаевич
- Тургенев Иван
- Тютчев Федор
- Фет Афанасий Афанасьевич
- Фонвизин Денис
- Цветаева Марина
- Чехов Антон
- Языков Николай Михайлович
Сологуб Федор
Царевной мудрой Ариадной Царевич доблестный Тезей Спасен от смерти безотрадной Среди запутанных путей: К его одежде привязала Она спасительную нить,- Перед
Некрасов Николай Алексеевич
1 Словно как мать над сыновней могилой, Стонет кулик над равниной унылой, Пахарь ли песню вдали запоет — Долгая песня за сердце берет; Лес ли начнется
Северянин Игорь
Разноцветно поют фонарики, Озеркаленные заливом, И трелят на флейтах арийки Гейши, подобные сливам. В кимоно фиолетово-розовом, Смеющиеся чаруйно, С каждым
Лирические
Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой. Вы сами знаете давно, Что вас любить немудрено, Что
Пастернак Борис Леонидович
Любить — идти,- не смолкнул гром, Топтать тоску, не знать ботинок, Пугать ежей, платить добром За зло брусники с паутиной. Пить с веток, бьющих по лицу
Про осень
Как я хочу вдохнуть в стихотворенье Весь этот мир, меняющий обличье: Травы неуловимое движенье, Мгновенное и смутное величье Деревьев, раздраженный и крылатый
Островский Александр
Прощай, честная Масляна! Коль быть живым, увидимся. Хоть год прождать, Да ведать-знать, Что Масляна придет опять…
Цветаева Марина
— Марина! Спасибо за мир! Дочернее странное слово. И вот — расступился эфир Над женщиной светлоголовой Но рот напряжен и суров. Умру, — а восторга не выдам!
Анненский Иннокентий Федорович
Бледнеет даль. Уж вот он — день разлуки, Я звал его, а сердцу всё грустней… Что видел здесь я, кроме зла и муки, Но всё простил я тихости теней.
Цветаева Марина
И взглянул, как в первые раза Не глядят. Черные глаза глотнули взгляд. Вскинула ресницы и стою. — Что, — светла? — Не скажу, что выпита до тла.
