Надень свой белый балахон
(О, как мила мне хрупкость линий!)
И в нем, мечтательно склонен,
Явись печальной Коломбине.
Чуть вздрогнет зов небесных арф,
Чуть кудри вешний ветер тронет,
Моя рука, упав, уронит
Мой черный, мой атласный шарф.
Забыв пылающие дни
С их огненной и грешной страстью,
Пьеро, вернись, Пьеро, верни
Меня вздыхающему счастью.