100 русских писателей, классиков.
- Анненский Иннокентий Федорович
- Ахматова Анна
- Бальмонт Константин Дмитриевич
- Блок Александр
- Бунин Иван Алексеевич
- Гоголь Николай Васильевич
- Горький Максим
- Гумилев Николай
- Державин Гавриил
- Достоевский Федор
- Ершов Петр
- Есенин Сергей
- Жуковский Василий Андреевич
- Заболоцкий Николай
- Илларионова Светлана
- Исаковский Михаил
- Карамзин Николай
- Катаев Валентин Петрович
- Кольцов Алексей Васильевич
- Лермонтов Михаил Юрьевич
- Майков Аполлон Николаевич
- Мандельштам Осип Эмильевич
- Маяковский Владимир
- Мережковский Дмитрий
- Некрасов Николай Алексеевич
- Никитин Иван Саввич
- Островский Александр
- Пантелеев Леонид
- Пастернак Борис Леонидович
- Попов Александр Александрович
- Пушкин Александр Сергеевич
- Северянин Игорь
- Симонов Константин Михайлович
- Сологуб Федор
- Тарковский Арсений
- Твардовский Александр
- Толстой Алексей Константинович
- Толстой Алексей Николаевич
- Толстой Лев Николаевич
- Тургенев Иван
- Тютчев Федор
- Фет Афанасий Афанасьевич
- Фонвизин Денис
- Цветаева Марина
- Чехов Антон
- Языков Николай Михайлович
Лермонтов Михаил Юрьевич
(Из Байрона) Прости! Коль могут к небесам Взлетать молитвы о других, Моя молитва будет там, И даже улетит за них! Что пользы плакать и вздыхать?
Исаковский Михаил
Я снова думал, в памяти храня Страницы жизни своего народа, Что мир не знал еще такого дня, Как этот день — семнадцатого года. Он был и есть начало всех
Карамзин Николай
Quae homines arant, navigant, aedificant, virtuti omnia parent. Саллустий [1] Конец победам! Богу слава! Низверглась адская держава: Сражен, сражен Наполеон!
Анненский Иннокентий Федорович
Эта ночь бесконечна была, Я не смел, я боялся уснуть: Два мучительно-черных крыла Тяжело мне ложились на грудь. На призывы ж тех крыльев в ответ Трепетал
Языков Николай Михайлович
В дни плена, полные печали, На Вавилонских берегах, Среди врагов мы восседали В молчаньи горьком и слезах; Там вопрошали нас тираны, Почто мы плачем и
Кольцов Алексей Васильевич
Извините, я невольно Вас увидел, полюбил; Это сердцу уж прискорбно, Если б пламень я убил. Если можно, изъяснитесь… Вы, я знаю, возгордитесь Со мной дружбу завести.
Никитин Иван Саввич
Людскую скорбь, вопросы века — Я знаю всё… Как друг и брат, На скорбный голос человека Всегда откликнуться я рад. И только. Многое я вижу, Но воля у меня
Сологуб Федор
Верь,- упадет кровожадный кумир, Станет свободен и счастлив наш мир. Крепкие тюрьмы рассыплются в прах, Скроется в них притаившийся страх, Кончится долгий
Некрасов Николай Алексеевич
(Подражание Василию Кирилловичу Тредьяковскому) Покоясь спят все одре мягком на, Тем приятства вкушая от мягкого сна; С лирой лишь в руке не дремлет пиит;
Ахматова Анна
Отстояли нас наши мальчишки Кто в болоте лежит, кто в лесу. А у нас есть лимитные книжки. Чернобурую носим лису. 1944
