100 русских писателей, классиков.

«Веди меня, пустыни житель, ? Святой анахорет; Близка желанная обитель; ? Приветный вижу свет. Устал я: тьма кругом густая; ? Запал в глуши мой след;

Руку платком обмотай и в венценосный шиповник, В самую гущу его целлулоидных терний Смело, до хруста, ее погрузи. Добудем розу без ножниц.

Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви Простите меня, товарищ Костров, с присущей душевной ширью, что часть на Париж отпущенных строф на лирику я растранжирю.

Еще в скорлупе мы висим на хвощах Мы — ранняя проба природы, У нас еще кровь не красна, и в хрящах Шумят силурийские воды, Еще мы в пещере костра не зажгли

Когда к ночи усталой рукой Допашу я свою полосу, Я хотел бы уйти на покой В монастырь, но в далеком лесу, Где бы каждому был я слуга И творенью господнему

Я лилий нарвала прекрасных и душистых, Стыдливо-замкнутых, как дев невинных рой, С их лепестков, дрожащих и росистых, Пила я аромат и счастье и покой.

Воспитанный под барабаном, Наш царь лихим был капитаном: Под Австерлицем он бежал, В двенадцатом году дрожал, Зато был фрунтовой профессор!

«Я владею чудным даром, Много власти у меня: Я взволную грудь пожаром, Брошу в холод из огня, Из покоя в чад похмелья; А как песенку спою, Благотворного

Из логова змиева, Из города Киева, Я взял не жену, а колдунью. А думал — забавницу, Гадал — своенравницу, Веселую птицу-певунью. Покликаешь — морщится

То было, может быть, давно, А может быть, совсем недавно. Ты, опираясь на окно, Ждала меня, как Ярославна. А я, как Игорь, что в полон Был взят ордою половецкой