100 русских писателей, классиков.
- Анненский Иннокентий Федорович
- Ахматова Анна
- Бальмонт Константин Дмитриевич
- Блок Александр
- Бунин Иван Алексеевич
- Гоголь Николай Васильевич
- Горький Максим
- Гумилев Николай
- Державин Гавриил
- Достоевский Федор
- Ершов Петр
- Есенин Сергей
- Жуковский Василий Андреевич
- Заболоцкий Николай
- Илларионова Светлана
- Исаковский Михаил
- Карамзин Николай
- Катаев Валентин Петрович
- Кольцов Алексей Васильевич
- Лермонтов Михаил Юрьевич
- Майков Аполлон Николаевич
- Мандельштам Осип Эмильевич
- Маяковский Владимир
- Мережковский Дмитрий
- Некрасов Николай Алексеевич
- Никитин Иван Саввич
- Островский Александр
- Пантелеев Леонид
- Пастернак Борис Леонидович
- Попов Александр Александрович
- Пушкин Александр Сергеевич
- Северянин Игорь
- Симонов Константин Михайлович
- Сологуб Федор
- Тарковский Арсений
- Твардовский Александр
- Толстой Алексей Константинович
- Толстой Алексей Николаевич
- Толстой Лев Николаевич
- Тургенев Иван
- Тютчев Федор
- Фет Афанасий Афанасьевич
- Фонвизин Денис
- Цветаева Марина
- Чехов Антон
- Языков Николай Михайлович
Лермонтов Михаил Юрьевич
Тобой пленяться издали Мое все зрение готово, Но слышать боже сохрани Мне от тебя одно хоть слово. Иль смех, иль страх в душе моей Заменит сладкое мечтанье
Жуковский Василий Андреевич
Изображу ль души смятенной чувство? Могу ль найти согласный с ним язык? Что лирный глас и что певца искусство?. Ты слышала сей милый первый крик, Младенческий
Карамзин Николай
Хор (Нa голос: Ах, пошли наши подружки) Как тот счастлив, кто сердцами Прямо, истинно любим; Кто не льстивыми словами, Но усердием хвалим!
Анненский Иннокентий Федорович
[М. А. Кузмину] Пусть травы сменятся над капищем волненья, И восковой в гробу забудется рука, Мне кажется, меж вас одно недоуменье Всё будет жить мое
Ахматова Анна
… горчайшей смерти чашу (нам не простили ничего) Что ничего нам не простит И даже гибель нашу. 1960
Бунин Иван Алексеевич
За степью, в приволжских песках, Широкое, алое солнце тонуло. Ребенок уснул у тебя на руках, Ты вышла из душной кибитки, взглянула На кровь, что в зеркальные
Сологуб Федор
Узкие мглистые дали. Камни везде, и дома. Как мне уйти от печали? Город мне — точно тюрьма. Кто же заклятью неволи Скучные стены обрек? Снова ль метаться от боли?
Маяковский Владимир
Его прислали для проведенья режима. Средних способностей. Средних лет. В мыслях — планы. В сердце — решимость. В кармане — перо и партбилет.
Пастернак Борис Леонидович
Никого не будет в доме, Кроме сумерек. Один Зимний день в сквозном проеме Незадернутых гардин. Только белых мокрых комьев Быстрый промельк моховой, Только
Северянин Игорь
Из октябрьской рябины Ингрид варит варенье. Под осенних туманов сталь — седое куренье И под Эрика шепот, точно гул голубиный… Никому не позволит Ей помочь королева.
