100 русских писателей, классиков.

В часы забав иль праздной скуки, Бывало, лире я моей Вверял изнеженные звуки Безумства, лени и страстей. Но и тогда струны лукавой Невольно звон я прерывал

О родина, счастливый И неисходный час! Нет лучше, нет красивей Твоих коровьих глаз. Тебе, твоим туманам И овцам на полях, Несу, как сноп овсяный, Я солнце на руках.

Друг мой тихий, друг мой дальный. Посмотри,- Я холодный и печальный Свет зари. Я напрасно ожидаю Божества, В бледной жизни я не знаю Торжества.

Экспромты 1841 года [1] «Очарователен кавказский наш Монако!..» * Очарователен кавказский наш Монако![2] Танцоров, игроков, бретеров в нем толпы;

Там, где терем тот стоит, Я люблю всегда ходить Ночью тихой, ночью ясной, В благовонный май прекрасный! Чем же терем этот мил? Чем меня он так пленил?

1. Под дождём Мой зонтик рвется, точно птица, И вырывается, треща. Шумит над миром и дымится Сырая хижина дождя. И я стою в переплетенье Прохладных вытянутых

Там, где с землею обгорелой Слился, как дым, небесный свод,- Там в беззаботности веселой Безумье жалкое живет. Под раскаленными лучами, Зарывшись в пламенных

Замкнуться, как в тюрьму, в одну идею, Я знаю этот сон, мой дальний брат, Я медленно, но верно холодею, И, раз уйдя, я не приду назад. Ты отошел в страну

Небывалая осень построила купол высокий, Был приказ облакам этот купол собой не темнить. И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки, А куда провалились

(Колыбельная) Изба. Тараканы. Ночь. Керосинка чадит. Баба над зыбкой борется со сном. Баю-баюшки-баю, Баю деточку мою! Полюбился нам буркот, Что буркотик