100 русских писателей, классиков.

Не страшусь, пускай могила Надо мной простерла свод: Знаю — мощной мысли сила Из могилы путь найдет. Не страшусь, пусть вечер алый Озаряет небосклон: Тень

Я родился простым зерном; Был заживо зарыт в могилу; Но бог весны своим лучом Мне возвратил и жизнь и силу. И долговязой коноплей Покинул я земное недро;

Какие злые перемены! Зачем же вас я должен знать? Опять меня замкнули стены, Я каменеть начну опять. И шум и грохот воздвигаю Опять на улицах моих, И понемногу

Младой Дафнис, гоняясь за Доридой, «Постой,— кричал,— прелестная! постой, Скажи: „Люблю“— и бегать за тобой Не стану я— клянуся в том Кипридой!

Эдип Гремит ужасный гром, небесный свод пылает — О боги! час настал погибели моей! Эдип, Эдип сей мир навеки оставляет И сердца своего любезнейших друзей!

Из темных долов этих взор Всё к ним стремится, к высям гор, Всё чудится, что там идет Какой-то звон и всё зовет: «Сюда! Сюда!..» Ужели там В льдяных пустынях — Божий храм?

Люблю — но мука еще жива. Найди баюкающие слова: Дождливые, — расточившие все Сам выдумай, чтобы в их листве Дождь слышался: то не цеп о сноп: Дождь в

Из снегового, слепящего лоска, из перепутанных сучьев и хвои — встает внезапно домами Свердловска новый город: работник и воин. Под Екатеринбургом рыли

Там, где древний Кочерговский1 Над Ролленем опочил, Дней новейших Тредьяковский2 Колдовал и ворожил: Дурень, к солнцу став спиною, Под холодный Вестник3свой

Льёт без конца. В лесу туман. Качают елки головою: «Ах, Боже мой!» — Лес точно пьян, Пресыщен влагой дождевою. В сторожке темной у окна Сидит и ложкой бьет ребенок.