100 русских писателей, классиков.
- Анненский Иннокентий Федорович
- Ахматова Анна
- Бальмонт Константин Дмитриевич
- Блок Александр
- Бунин Иван Алексеевич
- Гоголь Николай Васильевич
- Горький Максим
- Гумилев Николай
- Державин Гавриил
- Достоевский Федор
- Ершов Петр
- Есенин Сергей
- Жуковский Василий Андреевич
- Заболоцкий Николай
- Илларионова Светлана
- Исаковский Михаил
- Карамзин Николай
- Катаев Валентин Петрович
- Кольцов Алексей Васильевич
- Лермонтов Михаил Юрьевич
- Майков Аполлон Николаевич
- Мандельштам Осип Эмильевич
- Маяковский Владимир
- Мережковский Дмитрий
- Некрасов Николай Алексеевич
- Никитин Иван Саввич
- Островский Александр
- Пантелеев Леонид
- Пастернак Борис Леонидович
- Попов Александр Александрович
- Пушкин Александр Сергеевич
- Северянин Игорь
- Симонов Константин Михайлович
- Сологуб Федор
- Тарковский Арсений
- Твардовский Александр
- Толстой Алексей Константинович
- Толстой Алексей Николаевич
- Толстой Лев Николаевич
- Тургенев Иван
- Тютчев Федор
- Фет Афанасий Афанасьевич
- Фонвизин Денис
- Цветаева Марина
- Чехов Антон
- Языков Николай Михайлович
Маяковский Владимир
Мы, онанисты, ребята плечисты! Нас не заманишь титькой мясистой! Не совратишь нас п*здовою плевой! Кончил правой, работай левой!!!
Лермонтов Михаил Юрьевич
Страшись любви: она пройдет, Она мечтой твой ум встревожит, Тоска по ней тебя убьет, Ничто воскреснуть не поможет. Краса, любимая тобой, Тебе отдаст, положим
Твардовский Александр
I Два только года — или двести Жестоких нищих лет прошло, Но то, что есть на этом месте,— Ни город это, ни село. Пустырь угрюмый и безводный, Где у развалин
Державин Гавриил
Тихий, милый ветерочек, Коль порхнешь ты на любезну, Как вздыханье ей в ушко шепчи; Если спросит, чье?- молчи. Чистый, быстрый ручеечек, Если встретишь
Цветаева Марина
1 Лопушиный, ромашный Дом — так мало домашний! С тем особенным взглядом Душ — тяжелого весу. Дом, что к городу — задом Встал, а передом — к лесу.
Есенин Сергей
Алый мрак в небесной черни Начертил пожаром грань. Я пришел к твоей вечерне, Полевая глухомань. Нелегка моя кошница, Но глаза синее дня.
Заболоцкий Николай
Мне мачехой Флоренция была, Я пожелал покоиться в Равенне. Не говори, прохожий, о измене, Пусть даже смерть клеймит ее дела. Над белой усыпальницей моей
Мандельштам Осип Эмильевич
Уже светло, поет сирена В седьмом часу утра. Старик, похожий на Верлэна, Теперь твоя пора! В глазах лукавый или детский Зеленый огонек; На шею нацепил
Мандельштам Осип Эмильевич
Жил Александр Герцевич, Еврейский музыкант,— Он Шуберта наверчивал, Как чистый бриллиант. И всласть, с утра до вечера, Заученную вхруст, Одну сонату
Мандельштам Осип Эмильевич
Уничтожает пламень Сухую жизнь мою,- И ныне я не камень, А дерево пою. Оно легко и грубо, Из одного куска И сердцевина дуба, И весла рыбака.
