100 русских писателей, классиков.

Во Францию два гренадера пошли, — В России в плену они были; Но только немецкой достигли земли, Как головы тут же склонили. Печальная весть раздалася в

Плещут волны Флегетона, Своды тартара дрожат: Кони бледного Плутона Быстро к нимфам Пелиона Из аида бога мчат. Вдоль пустынного залива Прозерпина вслед

Неправда, не медный, неправда, не звон, А тихий (?) и хвойный таинственный стон Они издают иногда. 31 декабря 1959 Комарово

О, как меня любили ваши деды, Улыбчиво, и томно, и светло. Прощали мне и дольники, и бреды, И киевское помело. Прощали мне (и то всего милее) Они друг друга…

Тиана, как странно! как странно, Тиана! Былое уплыло, былое ушло… Я плавал морями, садился в седло, Бродил пилигримом в опалах тумана… Тиана, как скучно!

Люблю мое молчанье В лесу во тьме ночей И тихое качанье Задумчивых ветвей. Люблю росу ночную В сырых моих лугах И влагу полевую При утренних лучах.

В год тридцать первый от рожденья века Я возвратился, нет — читай: насильно Был возвращен в буддийскую Москву. А перед тем я все-таки увидел Библейской

Кончен пир, умолкли хоры, Опорожнены амфоры, Опрокинуты корзины, Не допиты в кубках вины, На главах венки измяты,- Лишь курятся ароматы В опустевшей светлой

Как по улицам Киева-Вия Ищет мужа не знаю чья жинка, И на щеки ее восковые Ни одна не скатилась слезинка. Не гадают цыганочки кралям, Не играют в купеческом

_Памяти С. М. Кирова Прощание! Скорбное слово! Безгласное темное тело. С высот Ленинграда сурово Холодное небо глядело. И молча, без грома и пенья, Все