100 русских писателей, классиков.

(Памяти Апухтина) Я устал от бессонниц и снов, На глада мои пряди нависли: Я хотел бы отравой стихов Одурманить несносные мысли. Я хотел бы распутать узлы…

I Цветы мне говорят прощай, Головками кивая низко. Ты больше не увидишь близко Родное поле, отчий край. Любимые! Ну что ж, ну что ж! Я видел вас и видел

Забудь, любезный П… н, Мои минувшие сужденья; Нет! недостоин бедный свет презренья, Хоть наша жизнь минута сновиденья, Хоть наша смерть струны порванной звон.

В недоверчивых Ваших глазах, рассеянно-мягких, Чуть презрительных, умных глазах Отражаются мглисто незримые маки На журчащих безводных ручьях… Да, забвенье

Клубятся тучи, млея в блеске алом, Хотят в росе понежиться поля, В последний раз, за третьим перевалом, Пропал ямщик, звеня и не пыля. Нигде жилья не видно на просторе.

Сослужу тебе верную службу, — Ты не бойся, что горько люблю! Я за нашу веселую дружбу Всех святителей нынче молю. За тебя отдала первородство И взамен

Восстань, восстань, пророк России, В позорны ризы облекись, Иди, и с вервием на выи К убийце гнусному явись. 24 июля—8 сентября 1826

Солнцу раз сказал Борей: «Солнце, ярко ты сияешь! Ты всю землю оживляешь Теплотой своих лучей!.. Но сравнишься ль ты со мною? Я сто раз тебя сильней!

Вы, с квадратными окошками, невысокие дома,— Здравствуй, здравствуй, петербургская несуровая зима! И торчат, как щуки ребрами, незамерзшие катки, И еще

Да, я тебя уже ревную, Такою ревностью, такой! Да, я тебя уже волную Своей тоской. Моя несчастная природа В тебе до ужаса ясна: В твои без месяца два года —