100 русских писателей, классиков.

Мне ли, молодцу Разудалому, Зиму-зимскую Жить за печкою? Мне ль поля пахать? Мне ль траву косить? Затоплять овин? Молотить овес? Мне поля — не друг, Коса

Вот зеркало мое — прими его, Киприда! Богиня красоты прекрасна будет ввек, Седого времени не страшна ей обида» Она — не смертный человек: Но я, покорствуя

Клейкой клятвой липнут почки, Вот звезда скатилась: Это мать сказала дочке, Чтоб не торопилась. — Подожди,- шепнула внятно Неба половина, И ответил шелест

Не высидел дома. Анненский, Тютчев, Фет.* Опять, тоскою к людям ведомый, иду в кинематографы, в трактиры, в кафе. За столиком. Сияние. Надежда сияет сердцу глупому.

Я, Иоанн, ваш брат и соучастник В скорбях и царстве Господа, был изгнан На Патмос за свидетельство Христа. Я осенен был духом в днень воскресный И слышал

О ты, Люсинька, любезна! Не беги меня, мой свет, Что млада ты и прелестна, А я дурен, стар и сед. Взглянь на розы и лилеи, Лель из них венки плетет: Вкруг

Судно, по морю носимо, Реет между черных волн; Белы горы идут мимо, В шуме их — надежд я полн. Кто из туч бегущий пламень Гасит над моей главой?

Отчаянные холода Задерживают таянье. Весна позднее, чем всегда, Но и зато нечаянней. С утра амурится петух, И нет прохода курице. Лицом поворотясь на юг

Так писем не ждут, Так ждут — письма. Тряпичный лоскут, Вокруг тесьма Из клея. Внутри — словцо. И счастье. И это — всe. Так счастья не ждут, Так ждут —

Давно меж листьев налились Истомой розовой тюльпаны, Но страстно в сумрачную высь Уходит рокот фортепьянный. И мука там иль торжество, Разоблаченье иль