100 русских писателей, классиков.

Не сожигай меня, Пламида, Ты тихим голубым огнем Очей твоих; от их я вида Не защищусь теперь ничем. Хоть был бы я царем вселенной, Иль самым строгим мудрецом,-

«Я страшно нищ, Вы так бедны, Так одинок и так один. Так оба проданы за грош. Так хороши — и так хорош… Но нету у меня жезла…» — Запиской печку разожгла…

Есть на карте — место: Взглянешь — кровь в лицо! Бьется в муке крестной Каждое сельцо. Поделил — секирой Пограничный шест. Есть на теле мира Язва: всё проест!

Но в камине дозвенели Угольки. За окошком догорели Огоньки. И на вьюжном море тонут Корабли. И над южным морем стонут Журавли. Верь лишь мне, ночное сердце, Я — поэт!

Ax! если б мой милый был роза-цветок, Его унесла бы я в свой уголок: И там украшал бы мое он окно; И с ним я душой бы жила заодно. К нему бы в окно ветерок

В аллею черные спустились небеса, Но сердцу в эту ночь не превозмочь усталость… Погасшие огни, немые голоса,- Неужто это все, что от мечты осталось?

Сам не знаю, что со мною: И последыш и пророк, Что ни сбудется с землею, Вижу вдоль и поперек. Кто у мачехи-Европы Молока не воровал? Мотоциклы, как циклопы

Скажите, милые сестрицы, Доехали ль, здоровы ль вы? И обгорелыя столицы Сочли ли дымные главы? По Туле много ли гуляли? Все те же ль там — завод, ряды

Луиза! Прийми дар искренней любви. Твой ум, твоя душа питается прекрасным: Ты ангел горестных, мать сирым и несчастным; Живешь для счастия других!

Мне грустно на тебя смотреть, Какая боль, какая жалость! Знать, только ивовая медь Нам в сентябре с тобой осталась. Чужие губы разнесли Твое тепло и трепет тела.