100 русских писателей, классиков.

_К юбилею Рафаэля Санцио В светлой греческой одежде, В свежем розовом венке, Ходит юноша по свету С звонкой лирою в руке. Под одеждой кармелиток, Преклонясь

A Worm, a God! Yong. «Ничтожный человек! что жизнь твоя?- Мгновенье. Взглянул на дневный луч — и нет тебя, пропал! Из тьмы небытия злой рок тебя призвал

Над нами гнет незыблемой судьбы… Мирра Лохвицкая 1 Ирэн жила в пейзажах Крыма, На уличке Бахчисарая — Вы помните Бахчисарай? — Где целый день мелькают

Если ты зажег свечу, Ты не прячь ее под стол Если ты сказал — хочу, Ты люби хотящий пол. Если ты пасешь овец, Ты сплети себе руно. Ты почувствуй наконец

Там — в синевах — была звезда. Я шел на башню — ждать светила. И в синий мрак, в огнях стыда, На башню девушка входила. Внизу белели города И дол вздыхающего Нила.

I Где ароматом веяли муссоны Над зарослью густою и зеленой, Там тополя, как факелы, чадят, Алмазных гор сияющие склоны Едва в дыму пожарища сквозят.

Плачь! плачь! Израиля народ, Ты потерял звезду свою; Она вторично не взойдет — И будет мрак в земном краю; По крайней мере, есть один_, Который все с ней

Сознанье, Сила и Основа Три Ипостаси Одного, О, да, вначале было Слово, И не забуду я его. В круженьи Солнца мирового Не отрекусь ни от чего. 1927

Третий год подъезжаю к Сараеву, И встречает меня в третий раз С очевидной и нескрываемой Лаской светоч встревоженных глаз. Каждоразно цветами увенчанный

Над черною пучиной водною — Последний звон. Лавиною простонародною Низринут трон. Волочится кровавым волоком Пурпур царей. Греми, греми, последний колокол