100 русских писателей, классиков.

Димитрий! Марина! В мире Согласнее нету ваших Единой волною вскинутых, Единой волною смытых Судеб! Имен! Над темной твоею люлькой, Димитрий, над люлькой

Целует мне в гостиной руку И бабушку на лестнице крутой После 1917

Как царь развенчанный стоит могучий лес. У ног его лежит пурпурная одежда… А в светлой глубине торжественных небес Не хочет умереть последняя надежда.

Без повороту и без возврату, Часом и веком. Это сестра провожает брата В темную реку. Без передыху и без пощады Это сестра оскользнулась взглядом В братнюю руку.

Яко и вино веселит сердце человека О, суд людей неправый, Что пьянствовать грешно! Велит рассудок здравый Любить и пить вино. Проклятие и горе На спорщиков главу!

Поля затянуты недвижной пеленой, Пушисто-белыми снегами. Как будто навсегда простился мир с Весной, С ее цветками и листками. Окован звонкий ключ Он у Зимы в плену.

Вдали от берегов Страны Обетованной, Храня на дне души надежды бледный свет, Я волны вопрошал, и океан туманный Угрюмо рокотал и говорил в ответ: «Забудь

1. Две страшные гостьи идут [197] . 2. Откуда они? Что делать тут? 3. Этих гостей шлют Мытищи нам. Теперь вода мыти? щенская не может быть хорошо очищена.

Но для меня свершился выдел, И вот каким его я видел: Злачено-белый — прямо с елки — Был кифарэд он и стрелец. Звенели стрелы, как иголки, Грозой для кукольных

Везувий пламя изрыгает, Столп огненный во тьме стоит, Багрово зарево зияет, Дым черный клубом вверх летит; Краснеет понт, ревет гром ярый, Ударам вслед звучат удары;