100 русских писателей, классиков.

Дож Венеции свободной Средь лазоревых зыбей, Как жених порфирородный, Достославно, всенародно Обручался ежегодно С Адриатикой своей. И недаром в эти воды

В воскресенье матушка замуж отдала, В понедельник Горе привязалось к ней. «Ты скажи мне, матушка, как избегнуть зла? Горе привязалося, помоги скорей.

Мне грустно, Поэт Ты пойми не весталка я, И нет, не русалка я, лунно-холодная Я только любовница, бледная, жалкая Я — греза Поэта, я — в мире безродная.

Это сердце — мое! Эти строки — мои! Ты живешь, ты во мне, Марселина! Уж испуганный стих не молчит в забытьи, И слезами растаяла льдина. Мы вдвоем отдались

Струи лунные, Среброструнные, Поэтичные, Грустью нежные, — Словно сказка вы Льётесь, ласковы, Мелодичные Безмятежные. Бледно-палевы, Вдруг упали вы С неба синего;

В полях сухие стебли кукурузы, Следы колес и блеклая ботва. В холодном море — бледные медузы И красная подводная трава. Поля и осень. Море и нагие Обрывы скал.

Давно всеобщею моралью решено: «Об мертвых говори хорошее одно». Мы ж заключение прибавили такое: «А о живых — одно дурное». Середина 1870-х

По небу крадется луна, На холме тьма седеет, На воды пала тишина. С долины ветер веет, Молчит певица вешних дней В пустыне темной рощи, Стада почили средь

Чей это гимн суровый Доносит к нам зефир? То армии свинцовой Смиренный командир — Наборщик распевает У пыльного станка, Меж тем как набирает Проворная

В темноте, на треножнике ярком Мать варила черешни вдали… Мы с тобой отворили калитку И по темной аллее пошли. Шли мы розно. Прохлада ночная Широко между нами плыла.