100 русских писателей, классиков.

Погубили меня Твои черны глаза, В них огонь неземной Жарче солнца горит! Омрачитесь, глаза, Охладейте ко мне! Ваша радость, глаза, Не моя, не моя!

Знакомства нашего на склоне Шервинский нас к себе зазвал Послушать, как Эдип в Колоне С Нилендером маршировал. 1933

I Пятым действием драмы Веет воздух осенний, Каждая клумба в парке Кажется свежей могилой. Оплаканы мертвые горько. Со всеми врагами в мире Душа моя ныне.

Я был далеко от своих, И сильно они тосковали, И слезы горячие их Мне ноги мои обжигали. Те слезы, что пали из глаз Земля приняла в подземелья, И вот

Так жизнь ничтожеством страшна, И даже не борьбой, не мукой, А только бесконечной скукой И тихим ужасом полна, Что кажется — я не живу, И сердце перестало

Частию по глупой честности, Частию по простоте, Пропадаю в неизвестности, Пресмыкаюсь в нищете. Место я имел доходное, А доходу не имел: Бескорыстье благородное!

Мне ли славить тихой лирой Ту, которая порфирой Скоро весь обнимет свет? Лишь безумец зажигает Свечку там, где Феб сияет. Бедный чижик не дерзнет Петь

Был Вечный Жид за то наказан, Что Бога прогневил отказом. Судя по нашей общей каре — Творцу кто отказал — и тварям Кто не отказывал — равны. Июнь 1920

Я встретил путника, он шел из стран далеких И мне сказал: вдали, где вечность сторожит Пустыни тишину, среди песков глубоких Обломок статуи распавшейся лежит.

По улицам метель метет, Свивается, шатается. Мне кто-то руку подает И кто-то улыбается. Ведет — и вижу: глубина, Гранитом темным сжатая.