Стихи про человека
Джон Берримен
Барды, замерзшие, нагишом, по шею в воде, во мраке прошлого, все кончено, в отличие от этих, сидящих тут: пишут, одеты, тепло, светло, все впереди в журнале
Некрасов Николай Алексеевич
Он попал в нашу местность Прямо с школьной скамейки; Воплощенная честность, За душой ни копейки. Да ему и не нужно! Поселился он в бане, Жил с крестьянами
Про людей
Он рано-рано просыпался. Он воду пил, он хлеб вкушал, Он незаметно улыбался И незаметно отдыхал. Ничем, ни в чём не выделялся. Хотя, пожалуй, есть одно
Асадов Эдуард
Она вошла, совсем седая, Устало села у огня, И вдруг сказала «Я не знаю, За что ты мучаешь меня. Ведь я же молода, красива, И жить хочу, хочу любить.
Кульчицкий Михаил
В глубине Украины, На заброшенной станции, Потерявшей название от немецкого снаряда, Возле умершей матери — черной и длинной — Окоченевала девочка У колючей ограды.
Заболоцкий Николай
Вижу около постройки Древо радости — орех. Дым, подобно белой тройке, Скачет в облако наверх. Вижу дачи деревянной Деревенские столбы. Белый, серый, оловянный
Маяковский Владимир
Воскуря фимиам, восторг воскрыля?, не закрывая отверзтого в хвальбе рта, — славьте социалиста ? его величества, короля * Альберта! Смотрите ж!
О молодости
Мгновенный женский взгляд, обвороживший нас, Как бледный луч луны, когда в лесном затоне Она, соскучившись на праздном небосклоне, Холодные красы купает в поздний час;
Львов Николай Александрович
Прискучил мужику свой век; Коль несчастен человек! О! Несчастная судьбина! Злое счастье он бранил. «Я в работе, как скотина, — Он себе так говорил, — Как
Астафьева Наталья
Четыре следователя вели допрос. Четверо суток это продолжалось. Четверо суток матери пришлось Стоять. Но выстояла, продержалась. И день и ночь стоять
