Стихи Михаила Алексеевича Кузмина

Ни бледность щек, ни тусклый блеск очей Моей любви печальной не расскажут И, как плуты-приказчики, покажут Лишь одну сотую тоски моей. Ах, где надежды

В Кремоне скрипку некогда разбили И склеили; бездушный, тусклый звук Преобразился в нежный, полный вдруг, И струны, как уста, заговорили.

1 В осеннем сне то слово прозвучало: «Луна взошла, а донны Анны нет!» Сулишь ты мне конец или начало, Далекий и таинственный привет? Я долго ждал, я ждал

В игольчатом сверканьи Занеженных зеркал — Нездешнее исканье И демонский оскал. Горят, горят иголки — Удар стеклянных шпаг, — В клубах нечистой смолки

Один другому говорит: «У вас сегодня странный вид: Горит щека, губа дрожит, И солнце по лицу бежит. Я словно вижу в первый раз Таким давно знакомым вас

ПЕРВЫЙ УДАР Стояли холода, и шел «Тристан» В оркестре пело раненое море, Зеленый край за паром голубым, Остановившееся дико сердце. Никто не видел, как

Ах, покидаю я Александрию и долго видеть ее не буду! Увижу Кипр, дорогой Богине, увижу Тир, Ефес и Смирну, увижу Афины — мечту моей юности, Коринф и далекую

Ах, я любви ленивый ученик! Мне целой азбуки совсем не надо: Двух первых букв довольно мне для склада, И с ними я всю жизнь свою проник.

Ты знал, зачем протрубили трубы, Ты знал, о чем гудят колокола, — Зачем же сомкнулись вещие губы И тень на чело легла? Ты помнишь, как солнце было красно

У всех одинаково бьется, Но разно у всех живет, Сердце, сердце, придется Вести тебе с небом счет. Что значит: «сердечные муки»? Что значит: «любви восторг»?