100 русских писателей, классиков.
- Анненский Иннокентий Федорович
- Ахматова Анна
- Бальмонт Константин Дмитриевич
- Блок Александр
- Бунин Иван Алексеевич
- Гоголь Николай Васильевич
- Горький Максим
- Гумилев Николай
- Державин Гавриил
- Достоевский Федор
- Ершов Петр
- Есенин Сергей
- Жуковский Василий Андреевич
- Заболоцкий Николай
- Илларионова Светлана
- Исаковский Михаил
- Карамзин Николай
- Катаев Валентин Петрович
- Кольцов Алексей Васильевич
- Лермонтов Михаил Юрьевич
- Майков Аполлон Николаевич
- Мандельштам Осип Эмильевич
- Маяковский Владимир
- Мережковский Дмитрий
- Некрасов Николай Алексеевич
- Никитин Иван Саввич
- Островский Александр
- Пантелеев Леонид
- Пастернак Борис Леонидович
- Попов Александр Александрович
- Пушкин Александр Сергеевич
- Северянин Игорь
- Симонов Константин Михайлович
- Сологуб Федор
- Тарковский Арсений
- Твардовский Александр
- Толстой Алексей Константинович
- Толстой Алексей Николаевич
- Толстой Лев Николаевич
- Тургенев Иван
- Тютчев Федор
- Фет Афанасий Афанасьевич
- Фонвизин Денис
- Цветаева Марина
- Чехов Антон
- Языков Николай Михайлович
О молодости
Меня просил попутчик мой и друг,— А другу дважды не дают просить,— Не видя ваших милых глаз и рук, О вас стихи я должен сочинить. В зеленом азиатском городке
Лермонтов Михаил Юрьевич
Д е в а — Я пришла, святой отец, Исповедать грех сердечный, Горесть, роковой конец, Счастье жизни скоротечной. П о п — Если дух твой изнемог, И в сердечном
Лирические
Как океан объемлет шар земной, Земная жизнь кругом объята снами; Настанет ночь — и звучными волнами Стихия бьет о берег свой. То глас ее;
Сологуб Федор
Кто знает, сколько скуки В искусстве палача! Не брать бы вовсе в руки Тяжёлого меча. И я учипся в школе В стенах монастыря, От мудрости и боли Томительно горя.
Ахматова Анна
Небо бело страшной белизною, А земля как уголь и гранит. Под иссохшей этою луною Ничего уже не заблестит. Женский голос, хриплый и задорный, Не поет —
Бунин Иван Алексеевич
Светильники горели, непонятный Звучал язык, — Великий Шейх читал Святой Коран, — и купол необъятный В угрюмом мраке пропадал. Кривую саблю вскинув над
Бальмонт Константин Дмитриевич
Одуванчик Желтым был, Сделался седым. Жар огня меня слепил, Но над ним был дым. Листья были изумруд, — Желто-красен лес. Ну, так что ж, зови на суд Произвол Небес.
Мандельштам Осип Эмильевич
Ночь. Дорога. Сон первичный Соблазнителен и нов… Что мне снится? Рукавичный Снегом пышущий Тамбов, Или Цны — реки обычной — Белый, белый, бел — покров?
Бальмонт Константин Дмитриевич
Но разве тучи не рабы? Случевский Нет рабства в мире, если все — одно. Сам создал я неправду мирозданья, Чтоб было ей в грядущем суждено, Пройдя пути измены
Ахматова Анна
О своем я уже не заплачу, Но не видеть бы мне на земле Золотое клеймо неудачи На еще безмятежном челе. 1962
